Синкопические ритмы и ретро-футуризм

Где страх, там жизнь. А где Franz Ferdinand, там синкопические ритмы и странное ощущение ретро-футуризма.

Слушаешь «The Human Fear» и понимаешь — Franz Ferdinand уже не те, кем были, но и быть «просто собой» им всё ещё чертовски интересно. Это не великий альбом. Но он живой. Иногда даже живее, чем надо.

Прошло семь лет с момента выхода «Always Ascending», за это время у группы поменялись лица, планы и, кажется, самоощущение. Теперь это не просто молодые шотландцы с гитарной искрой и тлеющим анархизмом — это взрослая команда, которая вроде как может почивать на лаврах, но, тем не менее, продолжает сочинять новые треки, будто что-то важное ещё не сказано. Без суеты, без показной дерзости, без желания угнаться за TikTok-эпохой.

Но вот она — пластинка-раздрай. И она сверкает. Открывающий «Audacious» резко бросает в какой-то театрально-твидовый драйв, прыгает между сухой гитарной походкой в духе The Strokes и внезапным гимноподобным хором. Немного напоминает раннего Боуи времён «Hunky Dory» или поздних The Beatles, и это безусловный комплимент. А только послушайте «Hooked»! Там вообще дико клёвая ритм-секция — будто Sparks, только после пары виски. Даже вокал Алекса Капраноса сбрасывает свою обычную отстранённость и пробует быть чем-то более чувственным.

Впрочем, и старого-доброго Franz Ferdinand тут тоже найдётся. Например, один из центральных синглов альбома «Night Or Day» звучит абсолютно в старом стиле с угловатыми клавишами и поп-хулиганством. Появление новых участников в составе группы, кстати, слышно. Особенно в ритм-секции. Боб Харди и Одри Тэйт создают настолько плотный, уверенный грув, что даже когда треки не впечатляют текстами или мелодиями, ты всё равно улавливаешь телом — качает. «Build It Up» с его почти эротической подачей Капраноса — отличный пример.

Вообще, слушая «The Human Fear», возникает ощущение, будто бы Franz Ferdinand сели ужинать с самими собой из 2004-го, только уже без игривого юношеского алкоголизма, а с лёгкой тревогой в голосе и постковидным синдромом внутри. Тут полно любопытных решений. «Black Eyelashes» вообще звучит как драка в греческом кабаре. Это, наверное, самая дерзкая и интересная вещь на альбоме. А вот «Cats» заставляет бедра двигаться, а ноги — дёргаться.

Капранос всё ещё умеет придумывать хуки, но теперь больше не гонится за хитами. Ему как будто интереснее наблюдать. В этом кроется ловушка «The Human Fear»: когда альбом подбирается к финалу, похоже, что он устаёт от самого себя. Самые последние треки сливаются в памяти и уже не блещут азартом, что был в начале. То ли запал кончился, то ли не хватило куража довести до конца — но остаётся лёгкое ощущение недоговорённости.

Возможно, «The Human Fear» — это не ответ, а разминка. Попытка вспомнить, каково это — сочинять не потому, что надо, а потому что хочется. Всё-таки от Franz Ferdinand не было ничего слышно 7 лет. Да, этот альбом несовершенен, местами радует, иногда откровенно провисает — но, как уже было сказано, он живой. Это чувствуется. И его записала группа, которая не хочет быть просто «те самые Franz Ferdinand». Она ищет свой путь. И да, пусть они иногда попадают в собственную ловушку в духе «лучшие моменты — это когда мы звучим как раньше», всё равно это интересная, яркая и немного сумасшедшая работа.

В эпоху, где каждая вторая «реюнион-пластинка» звучит как вымученное веселье (а реюнион-пластинок нынче развелось много!), «The Human Fear» пытается сказать что-то своё. Иногда криво, иногда невпопад. Но честно. И это не так уж и мало!